
Никто из окружающих не мог бы предположить, что доктор Кендзо Тенма недоволен своей жизнью. Со стороны кажется, что он достиг всего, чего только можно желать. Благодаря своему таланту молодой нейрохирург стал одним из ведущих врачей госпиталя «Эйслер Мемориал» в Дюссельдорфе. Его невеста – дочь директора госпиталя. Ему доверяют самые сложные операции. Срочные операции. Проблема в том, что для руководства больницы срочность операции находится в прямой зависимости от «важности» пациента. И доктору Тенме нечего сказать родственникам умершего пациента (турка, эмигранта), который ждал своей очереди, пока оперировали известного оперного певца, хотя и был доставлен в больницу раньше...
Несмотря на то, что Тенма учился в Германии, он полностью придерживается японской корпоративной этики, которая требует от молодых сотрудников беспрекословного повиновения начальству. Однако свой врачебный долг он ставит выше, чем удобный образ мыслей и образ жизни, предлагаемые обстоятельствами. Отсюда – ужасный внутренний раздрай. Попытка излить душу невесте приносит новое разочарование – очаровательная Ева с милой улыбкой констатирует отсутствие проблемы: «Не все жизни равноценны».
Для Тенмы все жизни равноценны, и если внутренняя политика больницы диктует другие правила, тем хуже для правил. Так что когда случается очередной аврал, наш доктор абсолютно точно определяет направление, куда следует пойти руководству со своими приказами бросить раненого ребёнка и заняться мэром.Все последующие события заставят его много сомневаться, был ли этот выбор правильным.
Последствия вполне предсказуемы. Предстоящее назначение на должность начальника отделения накрывается медным тазом. Невеста разрывает помолвку с «неперспективным» кандидатом. Мало того, детям назначают другого лечащего врача. Всё плохо. Одна совесть более-менее спокойна.
Но буквально тут же происходит жуткое убийство. Убиты директор клиники, нач. отделения и лечащий врач детей. Угадайте с одного раза, кого подозревает следователь? Тем более что алиби доктора Тенмы (напился в хлам от осознания собственной неудачливости, спал дома, один) весьма сомнительное. Однако доказательств нет никаких. Так что от доктора постепенно отстали, да и новый начальник отделения больнице требуется… Жизнь снова становится вполне сносной. За исключением жизни личной. Ева Хайнеманн, вместе с отцом потеряв практически всё, включая источники существования, пытается вернуть хотя бы Тенму. Безуспешно. (По-моему, он не так уж любил её, красивая невеста из влиятельной семьи явно была одной из составляющих его прежней «жизни по течению»).
Жизнь была прекрасной девять лет. Пока не был убит один из пациентов Тенмы, и убил его Йохан Либерт. Кэндзо Тенма понимает, что он спас настоящее чудовище и убийцу. Он считает, что ответственность лежит на нём, и его долг — найти и убить Йохана, предотвратить преступления, которые он ещё может совершить. Кроме того, Йохана ищет и тот, кто стрелял в него девять лет назад…
Действие разворачивается неторопливо, как и положено тщательному следствию. Сквозь простую детективную историю о серийном убийце и его преследователях (а также последователях) на первый план постепенно проступают главные темы фильма - проблемы детей и усыновления, причины возникновения фашизма, эксперименты над людьми в области психологии и психиатрии, проблемы воспитания человека и корректировка личности, проблема «монстра в человеке». Здесь у каждого есть свой персональный монстр внутри. Даже у добрейшего доктора Тенмы.
Эксперименты по созданию «личности по заказу» произрастают из стремления управлять обществом не посредством изучения и применения его естественных законов развития, а низводя его до положения «стада». Стремление к абсолютному контролю есть свидетельство скрытых комплексов неполноценности и чувства неуверенности в себе. Отсюда прямая дорога к фашизму.
Но люди сильно отличаются от подопытных кроликов для исследований, и результаты экспериментов, скорее всего, будут непредсказуемыми. Прежде чем из человека что-то создать, в нём нужно уничтожить то, чем он на самом деле является. Попытки стереть личность начисто выпускают на свет всех монстров подсознания, которые Личность (пока она не разрушена) может контролировать с помощью морали, этики и «тонкой оболочки цивилизованности».
«Монстра» также называют «самым христианским аниме». В нём есть прямая параллель с так называемым «главным противоречием христианства» - если Бог, создавший мир, благ, откуда же появились зло и Сатана? Значит, Бог несет моральную ответственность за все проделки Сатаны? Если Тенма вернул к жизни убийцу, то он несёт ответственность за совершаемые им убийства? По крайней мере, он сам считает именно так. И собирается исправить свою «ошибку». Услужливый враг рода человеческого вводит доктора в искушение взять на себя роль судьи и палача и предлагает в качестве «врачебного инструмента» снайперскую винтовку. Стремление к справедливости так легко может выпустить на свободу твоего персонального монстра…
Человек предполагает, а обстоятельства располагают. Несмотря на то, что Тенма твёрдо решил убить «порождённого им монстра», он всё равно ведёт себя как врач – исследует ситуацию, старается поставить диагноз - откуда вообще этот монстр взялся? Что и кто породили его? Кроме поисков Йохана, у Тенмы есть и ещё забота – не попасться полиции, так как после убийства пациента госпиталя следователь (инспектор Рунге, человек-танк, потрясающе харизматичный персонаж) абсолютно уверен, что доктор и совершает все эти серийные убийства. Поскольку Тенма следует за Йоханом, то он регулярно оказывается в непосредственной близости от очередного места преступления.Впрочем, не все разыскивающие Йохана Либерта хотят его убить. Неонацистская организация Гюнтера Гейдлица имеет большие виды на Йохана, считает его новым Гитлером, лидером арийской расы. Либертом интересуются представители бывшей StВ (госбезопасности) Чехословакии, а также некая экстремистская группировка во Франкфурте. Зло харизматично и пользуется популярностью, как всегда.
Бедные ограниченные люди. Самонадеянно полагают, что могут использовать монстра для достижения своих частных интересов. Им бы не мешало знать, что в своё любимое занятие «играть с людьми как с бегущей дорожкой муравьёв» Йохан других игроков не приглашает.
Фильм ни в коей мере не детский. В последних сериях вообще происходит локальный евро-Армагеддон, от которого просто мурашки бегут. По поводу финала есть разные мнения, но то, что он сделан достаточно открытым, по-моему, правильно. Правильно то, что Добро не уничтожает грешников, но даёт надежду.
В фильме есть персонаж, который является реальным историческим лицом. Это чешский писатель Эмиль Себе, автор книги «Монстр, у которого не было своего имени», изданной в Чехословакии в 1967 году. Наоки Урасава перевел ее и сделал важной частью сюжета. Благодаря манге сказка Эмиля Себе пережила второе рождение - был издан перевод во Франции. Также книга на чешском и японском языках идёт в комплекте с DVD-боксом «Монстра» (специальное издание). Эмиль Себе также использовал псевдонимы Клаус Поппе, Франц Бонапарта, Якоб Фарубек. Этими же имена используются и в фильме, но тут он далеко не только автор книг с картинками…
(Поскольку это японское издание книги, картинки на каждой странице идут справа налево).




1. Однажды, давным давно жил был монстр, у которого не было имени.
Монстр больше всего на свете хотел себе имя.
Поэтому монстр решил отправиться в путешествие, чтобы найти себе имя.
2. Но мир был такой большой, и монстр разделился надвое и отправился в два путешествия.
Один на восток, а другой на запад. Монстр, что пошёл на восток, встретил деревню.


3. На входе в деревню стоял кузнец. "Пан кузнец, дайте мне, пожалуйста, своё имя".
"Я не могу дать тебе своё имя". "Если вы дадите мне своё имя, я запрыгну внутрь вас и сделаю вас сильным".
"Правда?". "Если сделаешь меня сильным, я дам тебе своё имя".
Монстр забрался в кузнеца. Монстр стал кузнецом Отто.
4. Кузнец Отто был самым сильным в деревне. Но однажды...
"Дивись на меня! Дивись на меня!". "То монстр во мне растёт огромный!".
Грызь-грызь. Кусь-кусь. Чав-чав. Хрум.
Грызь-грызь. Кусь-кусь. Чав-чав. Хрум.
Грызь-грызь. Кусь-кусь. Чав-чав. Хрум.
Голодный монстр съел Отто изнутри. И снова стал монстром, у которого не было имени.


5. Он забрался в башмачника Ганса...
Грызь-грызь. Кусь-кусь. Чав-чав. Хрум.
Грызь-грызь. Кусь-кусь. Чав-чав. Хрум.
Грызь-грызь. Кусь-кусь. Чав-чав. Хрум.
И опять стал монстром без имени. Он забрался в охотника Томаса...
Грызь-грызь. Кусь-кусь. Чав-чав. Хрум.
Грызь-грызь. Кусь-кусь. Чав-чав. Хрум.
Грызь-грызь. Кусь-кусь. Чав-чав. Хрум.
Он всё равно оставался монстром без имени. Монстр отправился в замок, чтобы найти хорошее имя.
В замке жил очень больной мальчик. "Я сделаю тебя сильным, если ты дашь мне своё имя". "
Я дам тебе своё имя, если ты меня вылечишь и сделаешь сильным".
6. Монстр забрался в мальчика. Мальчик выздоровел. Король обрадовался. "Принц здоров! Принц здоров!".
Монстру понравилось имя мальчика. И ему понравилось жить в замке.
Поэтому он терпел, даже когда проголодался.
Изо дня в день он терпел, хотя в животе у него было пусто.


7. Но однажды он стал таким голодным... "Дивись на меня! Дивись на меня!".
"То монстр во мне растёт огромный!". Мальчик съел отца, всех слуг, всех-всех.
Грызь-грызь. Кусь-кусь. Чав-чав. Хрум.
Грызь-грызь. Кусь-кусь. Чав-чав. Хрум.
Грызь-грызь. Кусь-кусь. Чав-чав. Хрум.
И поскольку никого не осталось, мальчик отправился в путешествие.
Дни напролёт он шёл и шёл. Однажды мальчик встретил монстра, что пошёл на запад.
8. "У меня есть имя". "Чудесное имя". А монстр, что пошёл на запад, сказал:"Мне не нужно имя".
"Мне хорошо и без имени". "Потому что мы монстры без имени". Мальчик съел монстра, который пошёл на запад.
И хотя теперь у него было имя, не осталось никого, кто мог бы назвать его по имени.
Йохан. Это чудесное имя.
В японском языке нет звука «л», вместо него пишут и произносят «р», поэтому переводчики не всегда точно знают, какую именно букву писать. Фамилию Lunge (Лунге) использует Viz Communications в официальном английском переводе манги, она же указана на официальном сайте аниме, однако в 31 серии аниме можно увидеть полицейский значок, где написано «Runge». Аналогичным образом, доктора Рейхвайна иногда превращают в Лейхвайна (нем. Leichwein), а Ганс Георг Шуберт, имя которого по-японски читается как Сюбаруто, становится Шувальдом (Schuwald).



